Главное меню
Морские приключения
Историческая проза
Герман Мелвилл
(Herman Melville)
(1819-1891)

106

вельботы поскорей,

    Дружней гребите, люди!

    Добычей нам монарх морей

    Всенепременно будет!

    Веселей, молодцы! Подналяжем – Эхой!

    Укокошил кита наш гарпунщик лихой!

       

        Голос старшего помощника со шканцев.  Эй, на баке! Пробить восемь склянок!

        2й матрос с Нантакета.    Помолчите, вы! Восемь склянок; слышишь, малый? Эй, Пип, пробейка восемь раз в свой колокол, черномазый! А я пойду подыму подвахтенных. У меня для такого дела глотка как раз подходящая. Как гаркну – что твоя пушка! Нука, нука (просовывает голову в люк) . Первая вахта! Эхой, ребята! Восемь склянок пробили! Подымайсь!

        Матрос голландец.    Ну и здоровы же они сегодня спать, приятель. Это всё вино старого Могола, я так считаю. Одних оно насмерть глушит, другим жару поддаёт. Мы вот поём; а они спят, да ещё как! Завалились, чисто колоды. Нука, угости их ещё разок! Вот тебе брандспойт – кричи в него. Им красотки снятся, вот расставаться и неохота. Крикни, что пора воскреснуть; пусть поцелуются напоследок и являются на Страшный Суд. Нука, нука. Вот это так гаркнул! Даа, у тебя глотка амстердамским маслом не испорчена.

        Матрос француз.    Знаете что, ребята? Давайтека спляшем с вами джигу, прежде чем бросать якорь в Постельной Гавани. Согласны? А вот и новая вахта. Становитеська все! Пип! Малый! Тащи сюда свой тамбурин!

        Пип (недовольный и сонный) . Да не знаю я, куда он делся.

        Матрос француз.    Ну так колоти в своё брюхо да хлопай ушами! Спляшем, братцы! Повеселимся вволю! Урра! Чёрт меня подери, кто не хочет с нами плясать? Давай, ребята, становись гуськом, скачи да притопывай! Выше ноги! Шевелись!

        Матрос исландец.    Мне, брат, такой пол не подходит; он под ногой поддаётся. Ты уж меня извини, что я тебя расхолаживаю, только я привык танцевать на льду.

        Матрос мальтиец.    И меня, брат, уволь. Какая же пляска без девушек? Только последний дурак станет пожимать себе правой рукой левую и приговаривать: «Здравствуйте». Нет, мне так подавай девушек!

        Матрос сицилиец.    Вотвот. Девушек! И чтоб лужайка была! – тогда я готов прыгать хоть до утра, не хуже кузнечика.

        Матрос с ЛонгАйленда.    Ладно, ладно, привередники, мы и без вас обойдёмся. Жни, где можешь, говорю я. Вот сейчас соберём мы ногами обильную жатву. А вот и музыка. Ну, начали!

        Матрос с Азорских островов  (появляется в люке с тамбурином в руках) . Держика, Пип. И вот тебе вымбовки от шпиля. Полезай вот сюда! Ну, ребята, пошли! (Половина из них пляшет под тамбурин; некоторые спускаются в кубрик; другие валяются на палубе среди снастей; коекто уснул. Звучит смачная ругань.)

        Матрос с Азорских островов  (танцуя) . Давайдавай, Пип! Бей сильнее, малый! Бей веселей, колоти, не жалей! Чтобы искры летели! Чтобы все бубенцы повысыпались!

        Пип.    Они и так сыплются. Вот ещё один оторвался – разве можно так сильно колотить?

        Матрос китаец.    Тогда зубами брякай да стучи громче. Сделайся пагодой, Пип!

        Матрос француз.    Веселись как чёрт! Нука, подыми свой обруч, Пип, я через него прыгну! Эй, лопни все паруса! Рви! Жги!

        Тэштиго (спокойно курит) . Вот это белые люди называют весельем. Гм! Я лично пот проливать понапрасну не стану.

        Старый матрос с острова Мэн.    Пляшут здесь эти весёлые ребята, а думают ли они о том, что находится у них под каблуками? «Я ещё спляшу на твоей могиле» – что может быть страшнее этой угрозы, которую крикнет иной раз нам вслед уличная тварь на перекрёстке, где она борется с ночным ветром. Господи! Как подумаешь о позеленевших подводных флотилиях, о грудах увитых водорослями черепов! Ну что ж. Видно, весь мир – это бал, как говорят люди учёные; значит, так и надо, чтобы все плясали. Пляшите, пляшите, ребята, пока вы молоды. Был когдато молод и я.

        3й

 
Краткое содержание произведений

Белый Бушлат зачислен марсовым матросом. Марсовые, чьи вахты проходят на самых верхушках мачт, высоко над палубой — своеобразная матросская аристократия. Старший над ними — старшина Джек Чейс, бывалый моряк, человек неординарный, образо...

Лишь спустя несколько дней после отплытия из Нантакета капитан Ахав оставляет свою каюту и появляется на палубе. Измаил поражен его мрачным обликом и отпечатавшейся на лице неизбывной внутренней болью. В досках палубного настила заблаговременно про...

Летом 1842 г. американское китобойное судно «Долли» после полугодичного плавания достигает Маркизского архипелага в Полинезии и бросает якорь в бухте острова Нукухива. Здесь один из матросов (впоследствии, перед туземцами, он назовет себя...
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск