Главное меню
Морские приключения
Историческая проза
Герман Мелвилл
(Herman Melville)
(1819-1891)

24

оказывает на наш ум гнетущее влияние, мне не раз случалось об этом слышать, да только я раньше не верил. Нука, посмотрим, как там наш „Скиталец“; вон он, верный пес, и белая кость в зубах. Чтото уж очень большая кость… аа, он попал прямо против отливного течения, пенного и бурлящего. И оно его тянет назад. Ну что же. Терпение».

        Наступил полдень, хотя серый туман вокруг напоминал вечерние сумерки.

        Над гладью вод царил мертвый штиль. На горизонте, куда не достигали береговые течения, лежал свинцовый океан, разлитый и застывший, и, казалось, земная жизнь его подошла к концу, душа отлетела и наступила смерть. А здесь, где находился «СанДоминик», отлив только набирал силу и, безмолвный, гнал судно прочь, в сонную океанскую ширь.

        Но капитан Делано, хорошо знакомый со здешними широтами, знал, что есть все основания надеяться к вечеру на свежий попутный ветер, и, несмотря на обморочную тишь, смело рассчитывал еще до наступления ночи привести испанский корабль на якорную стоянку. Расстояние, на которое их отнесло, ничего не значило: при хорошем ветре под парусами можно будет за десять минут покрыть путь, проделанный за час дрейфа. А пока, то поглядывая за борт, где единоборствовал с течением утлый «Скиталец», то озираясь через плечо, не идет ли дон Бенито, он продолжал расхаживать по юту.

        Но шлюпка приближалась очень уж медленно, и капитан Делано поневоле начал испытывать досаду; еще немного – и досада сменилась беспокойством; когда же, уронив взгляд вниз, точно из театральной ложи, на палубу, он различил в толпе теперь замкнутое и безразличное лицо того испанцаматроса, который, как ему казалось, делал ему знаки с русленя, к нему опять возвратились прежние страхи.

        Совсем как лихорадка, не шутя думал капитан Делано, не успеет пройти, как начинается снова.

        Сам устыдясь этого нового приступа, он, однако, был не в силах полностью ему противостоять и, призвав на помощь все свое добродушие, поневоле был вынужден прийти к компромиссу.

        Да, это странный корабль; и странная у него история; странные люди собрались здесь на борту. Но и только.

        Чтобы не давать воли праздным страхам, он в ожидании шлюпки попробовал скоротать время, перебирая в мыслях замеченные прежде странности в поведении капитана и команды. И прежде всего выделились четыре непонятных обстоятельства.

        Вопервых, случай, когда раб набросился с ножом на молодого испанца, а дон Бенито посмотрел на это сквозь пальцы. Вовторых, тираническое обращение дона Бенито с чернокожим великаном Атуфалом – будто малый ребенок водит за носовое кольцо африканского буйвола. Потом избиение двумя неграми одного матроса – проступок, за который никто не получил даже выговора! И наконец, раболепная покорность, выказываемая всеми на судне, и прежде всего неграми, капитану, – словно здесь опасаются малейшим непослушанием вызвать его деспотический гнев.

        Сопоставленные все вместе, эти факты както не вязались между собой. «Ну, так что из того? – думал капитан Делано, посматривая на приближающуюся шлюпку. – Что из того? Да, верно, этот дон Бенито – самодур. Но мне и раньше случалось встречать ему подобных; хотя, конечно, он в своем роде превосходит любого. Ну, да ведь испанцы, – продолжал он мысленно, – вообще странный народ, самое это слово „испанец“ содержит в себе какойто

 
Краткое содержание произведений

Белый Бушлат зачислен марсовым матросом. Марсовые, чьи вахты проходят на самых верхушках мачт, высоко над палубой — своеобразная матросская аристократия. Старший над ними — старшина Джек Чейс, бывалый моряк, человек неординарный, образо...

Лишь спустя несколько дней после отплытия из Нантакета капитан Ахав оставляет свою каюту и появляется на палубе. Измаил поражен его мрачным обликом и отпечатавшейся на лице неизбывной внутренней болью. В досках палубного настила заблаговременно про...

Летом 1842 г. американское китобойное судно «Долли» после полугодичного плавания достигает Маркизского архипелага в Полинезии и бросает якорь в бухте острова Нукухива. Здесь один из матросов (впоследствии, перед туземцами, он назовет себя...
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск