Главное меню
Морские приключения
Историческая проза
Герман Мелвилл
(Herman Melville)
(1819-1891)

139

членов команды; картины моря у Мелвилла принадлежат к сильнейшим в мировой литературе. И всё же содержание книги, морально философское и художественное, настолько далеко выходит за пределы её фактической фабулы, что неизбежно пробуждает множество новых вопросов.

        Что это за Белый Кит, за которым нужно гоняться, не зная сна и отдыха, по океанам обоих полушарий? Почему поход «Пекода», летописцем и комментатором которого выступает рассказчик, окружён ореолом великой жизненной драмы? Почему капитан Ахав со своей отчаянной командой сражается с Белым Китом так, как сражаются за жизнь и свободу на последней баррикаде?

        Одно лишь объяснение, что Моби Дик необычайно сильный и свирепый китальбинос, окружённый легендами суеверных моряков, а Ахав маниакальномстительный старый моряк, желающий поквитаться со свирепым противником за свою потерянную ногу, – явно недостаточно при рассмотрении содержания романа во всём его объёме. К тому же Мелвилл не скрывает, что вкладывает в книгу смысл, выходящий за пределы её фактической фабулы.

        Как уже было сказано, битва Ахава с Белым Китом во втором, романтикосимволическом и фантастическом, плане книги означает борьбу человека с враждебными силами, закрывающими ему дорогу к свободе и счастью.

        В период написания «Моби Дика» Мелвилл, невзирая на все свои разочарования, ещё глубоко верит в достоинство человека. «Человек в идеале так велик, так блистателен, человек это такое благородное, такое светлое существо, что всякое постыдное пятно на нём ближние неизменно торопятся прикрыть самыми дорогими своими одеждами», – говорит Измаил, приступая к описанию команды «Пекода». И далее: «А потому, если в дальнейшем я самым последним матросам, отступникам и отщепенцам припишу черты высокие, хотя и тёмные; если я оплету их трагической привлекательностью, если порой даже самый жалкий среди них и, может статься, самый униженный, будет вознесён на головокружительные вершины; если мне случится коснуться руки рабочего небесным лучом; если я раскину радугу над его гибельным закатом; тогда, вопреки всем смертным критикам, заступись за меня, о беспристрастный Дух Равенства…» (гл. 26, «Рыцари и оруженосцы»).

        Мелвилл раскидывает свою романтическую радугу над разнонациональной, бесшабашной и бесстрашной командой «Пекода», и она знаменует для него человечество, принявшее на свои плечи тяжкий груз борьбы с угрожающим ему злом.

        Зло воплощено в Белом Ките.

        «Белый Кит плыл у него перед глазами, как бредовое воплощение всякого зла, какое снедает порой душу глубоко чувствующего человека, покуда не оставит его с половиной сердца и половиной лёгкого и живи, как хочешь», – говорит Измаил об Ахаве. И ещё: «Всё, что туманит разум и мучит, что подымает со дна муть вещей, все зловредные истины, всё, что рвёт жилы и сушит мозг, вся подспудная червоточина жизни и мысли; всё зло в представлении безумного Ахава стало видным и доступным для мести в облике Моби Дика. На белый горб кита обрушил он всю ярость, всю ненависть, испытываемую родом человеческим со времён Адама; и бил в него раскалённым ядром своего сердца, словно грудь его была боевой мортирой» (гл. 41, «Моби Дик»).

        Сущность зла, на которое ополчается Ахав, обозначена здесь самым общим образом. Есть огромное противоречие между силой чувства, с которой выражают свою ненависть к злу герои Мелвилла, и идейной слабостью автора, мешающей ему увидеть и понять реальные конфликты переживаемой эпохи. Лишь из последующих рассуждений и комментариев Измаила можно сделать вывод, что зло, заключённое в Белом Ките, это – царящая в жизни «неправда»: неравенство и моральная приниженность людей в обществе, где «каждый чувствует скорее не локоть, а кулак соседа»; вынужденное одиночество человека; душевная неустроенность, мешающая ему быть «великим, блистательным и светлым существом».

        То, что Ахав излагает свои мысли

 
Краткое содержание произведений

Белый Бушлат зачислен марсовым матросом. Марсовые, чьи вахты проходят на самых верхушках мачт, высоко над палубой — своеобразная матросская аристократия. Старший над ними — старшина Джек Чейс, бывалый моряк, человек неординарный, образо...

Лишь спустя несколько дней после отплытия из Нантакета капитан Ахав оставляет свою каюту и появляется на палубе. Измаил поражен его мрачным обликом и отпечатавшейся на лице неизбывной внутренней болью. В досках палубного настила заблаговременно про...

Летом 1842 г. американское китобойное судно «Долли» после полугодичного плавания достигает Маркизского архипелага в Полинезии и бросает якорь в бухте острова Нукухива. Здесь один из матросов (впоследствии, перед туземцами, он назовет себя...
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск