Главное меню
Морские приключения
Историческая проза
Герман Мелвилл
(Herman Melville)
(1819-1891)

6

суда. Их нужно было сличить. Тяжба была серьезная, и требовалась сугубая точность. Подготовив все, что нужно, я вызвал Индюка, Кусачку и Пряника, решив раздать копии моим четырем клеркам, а самому читать вслух подлинник. И вот Индюк, Кусачка и Пряник уселись в ряд, каждый со своими бумагами, а я позвал Бартлби, чтобы он присоединился к этой живописной группе.

        – Бартлби! Поживее, я жду.

        Я услышал, как ножки стула медленно проскребли по голому полу, и Бартлби появился у входа в свое убежище.

        – Что нужно? – спросил он тихо.

        – Копии, копии, – отвечал я нетерпеливо. – Сейчас будем их сличать. Берите. – И я протянул ему четвертый экземпляр.

        – Я бы предпочел отказаться, – сказал он и бесшумно скрылся за ширмы.

        Я превратился в соляной столб. Но, простояв так несколько мгновений возле моих трех застывших в ожидании клерков, я очнулся, подошел к ширмам и пожелал узнать причину столь несуразного поведения.

        – Почему вы упрямитесь?

        – Я бы предпочел отказаться.

        Будь передо мною другой человек, я бы страшно вспылил и без дальних слов с позором выставил его вон. Но в Бартлби было чтото, что не только меня обезоруживало, но странным образом смущало и трогало. Я стал его урезонивать.

        – Вы же сами снимали копии, которые мы должны просмотреть. Это сбережет вам время, ведь за один раз будут проверены все четыре. Так всегда делается. Каждый переписчик обязан участвовать в проверке своей работы. Разве нет? Ну, что же вы молчите? Отвечайте!

        – Я предпочту отказаться, – ответил он своим нежным голосом.

        У меня было впечатление, что, пока я с ним говорил, он старательно обдумывал каждую мою фразу; вполне понимал ее смысл; не мог не согласиться и с выводом. Но в то же время, подчиняясь какимто высшим соображениям, продолжал твердить свое.

        – Так, значит, вы окончательно решили не слушаться меня, хотя мое требование не противоречит ни заведенному порядку, ни здравому смыслу?

        Он кратко дал мне понять, что я не ошибаюсь. Да, решение его бесповоротно.

        Когда человек получает отпор, притом неожиданный и до крайности неразумный, ему случается усомниться в собственной правоте. В мозг его закрадывается смутное подозрение, что, как это ни удивительно, правда и разум не на его стороне. И если есть поблизости беспристрастные лица, он, естественно, обращается к ним, ища подкрепить свое пошатнувшееся суждение.

        – Индюк, – сказал я, – что вы об этом думаете? Разве я не прав?

        – Осмелюсь сказать, сэр, – ответил Индюк с утонченной вежливостью, – на мой взгляд, вы совершенно правы.

        – Кусачка, – сказал я, – а вы что об этом думаете?

        – Думаю, что вышвырнул бы его к черту. (Проницательный читатель, вероятно, отметит, что, поскольку дело было утром, ответ Индюка прозвучал вежливо и спокойно, Кусачкин же – весьма раздраженно. Или, возвращаясь к уже употребленному сравнению, у Кусачки его норов стоял на карауле, а у Индюка уже сменился.)

        – Имбирный Пряник, – сказал я, стремясь завербовать любую поддержку, – ну а ты что об этом думаешь?

        – Я думаю, сэр, что он маленько рехнулся, – ответил Имбирный Пряник, расплываясь в улыбке.

        – Вы слышали, что здесь было сказано, – проговорил я, повернувшись к ширмам. – Идите сюда и исполняйте свой долг.

 
Краткое содержание произведений

Белый Бушлат зачислен марсовым матросом. Марсовые, чьи вахты проходят на самых верхушках мачт, высоко над палубой — своеобразная матросская аристократия. Старший над ними — старшина Джек Чейс, бывалый моряк, человек неординарный, образо...

Лишь спустя несколько дней после отплытия из Нантакета капитан Ахав оставляет свою каюту и появляется на палубе. Измаил поражен его мрачным обликом и отпечатавшейся на лице неизбывной внутренней болью. В досках палубного настила заблаговременно про...

Летом 1842 г. американское китобойное судно «Долли» после полугодичного плавания достигает Маркизского архипелага в Полинезии и бросает якорь в бухте острова Нукухива. Здесь один из матросов (впоследствии, перед туземцами, он назовет себя...
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск